Помощь сайту:

День памяти блгв. царевича Димитрия Угличского и Московского

Рассказы о смерти Димитрия Иоанновича, об обретении и прославлении его останков встречаются затем в ряде исторических повествований о Смутном времени, возникших в первые десятилетия по окончании Смуты. Из них выделяются богатством содержания рассказ «Нового летописца» о смерти Димитрия Иоанновича и рассказ «Рукописи Филарета» о переносе останков святого. Концом 20-х гг. XVII в. исследователи датируют написание Жития Димитрия Иоанновича кн. С. И. Шаховским. Несколько позже было создано Житие Димитрия Иоанновича в составе Четьих-Миней Иоанна Милютина. Его главными источниками явились 1-е Житие Димитрия Иоанновича и «Новый летописец». Текст этого Жития получил широкое распространение в древнерус. письменности.

Проложное Житие Димитрия Иоанновича составлено на основании пространных Житий и помещено под 15 мая в 1-м издании мартовского полугодия Пролога (М., 1643). С издания 1662 г. в Прологе помещается память перенесения мощей Димитрия Иоанновича под 3 июня.

Особая версия рассказа о смерти Димитрия Иоанновича сохранилась в единственном списке сер. XVII в. в «Повести о убиении царевича Димитрия Угличского». По-видимому, кон. XVII в. следует датировать сохранившееся в 3 списках XVIII в. «Сказание о царстве царя Федора Ивановича», содержащее оригинальное, наиболее развернутое повествование о смерти Димитрия Иоанновича При его составлении использовано Житие Димитрия Иоанновича из Четьих-Миней И. Милютина. На основе Жития Димитрия Иоанновича из милютинских Четьих-Миней, «Нового летописца», «Сказания о царстве…” и некоторых др. источников в 1703 г. создал Житие Димитрия Иоанновича свт. Димитрий (Туптало). В отличие от др. Житий Димитрия Иоанновича оно включает описание чудес.

Сведения о жизни и обстоятельства гибели Димитрия Иоанновича. Царевич был крещен с именем в честь вмч. Димитрия, первые полтора года жил с матерью в Москве. Вскоре после смерти отца, до коронации старшего брата царя Феодора Иоанновича, 24 мая 1584 г. Димитрий Иоаннович вместе с матерью и неск. близкими родственниками был отослан в Углич, выделенный ему на содержание. Как отметил в записке, опубликованной в 1589 г., очевидец событий англичанин Д. И. Горсей, «царицу сопровождала разная свита, ее отпустили с платьем, драгоценностями, пропитанием, лошадьми и проч.- все это на широкую ногу, как подобает государыне» (Горсей Д. Записки о России: XVI — нач. XVII в. М., 1990. С. 142). В «Новом летописце» указывается, что Углич был выделен Димитрию Иоанновичу его отцом, но неизвестно, насколько это сообщение достоверно.

Между Москвой и Угличем отношения внешне были дружественными, но за этим фасадом сохранялась напряженность. Брат царицы М. Нагой держал на своем дворе в Угличе «ведуна», у которого хотел выяснить, «сколько… государь долговечен и государыня царица» (Клейн. Ч. 2. С. 45). С др. стороны, англ. послу Дж. Флетчеру, посетившему Россию в 1588—1589 гг., было известно, что жизнь Димитрия Иоанновича находилась в опасности, что его пытались отравить (Флетчер Дж. О государстве Русском. СПб., 1905. С. 21).

О поведении подраставшего царевича сохранился ряд свидетельств. Одно из них принадлежит Флетчеру, который записал, что Димитрий Иоаннович, несмотря на молодые годы, обнаруживал черты характера своего отца: он любил смотреть, как убивают домашний скот, забивал палкой кур и гусей (Флетчер. С. 21). Авраамий (Палицын) писал, что под влиянием родственников Димитрий Иоаннович «часто в детских глумлениих» говорил и действовал «нелепо» по отношению к советникам брата, прежде всего по отношению к шурину царя Б. Ф. Годунову (впосл. царь), управлявшему от имени Феодора Иоанновича гос. делами (Сказание Авраамия Палицына. М.; Л., 1955. С. 251). Об этих действиях и высказываниях Димитрия Иоанновича более полные свидетельства сохранились в записках иностранцев. Так, по словам голландца И. Массы, царевич говорил: «Плохой какой царь мой брат. Он не способен управлять таким царством». Димитрий Иоаннович выражал желание «ехать в Москву», чтобы помешать деятельности его дурных советников (О начале войны и смут в Московии. М., 1997. С. 35−36). Др. свидетельство принадлежит офицеру, наемнику на рус. службе К. Буссову. Димитрий Иоаннович приказал приготовить из снега фигуры, названные именами советников царя, и стал отрубать им руки и ноги, приговаривая: «С этим я поступлю так-то»; у фигуры, изображавшей Годунова, он отсек голову (Буссов К. Московская хроника, 1584−1613. М.; Л., 1966. С. 80). Возможно, в этих свидетельствах следует видеть отражение слухов, которые распространяли лица, не заинтересованные в приходе Димитрия Иоанновича к власти после смерти бездетного царя Феодора.

Часть 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

*

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>